Ровно через 36 лет после того, как лидер Панамы Мануэль Норьега сдался США, чтобы предстать перед судом, американский спецназ прямо в спальне захватил президента Венесуэлы Николаса Мадуро с супругой.
-
Интересно, что и тому, и другому латиноамериканскому лидеру были предъявлены обвинения в наркоторговле. При этом после Джорджа Буша-старшего и до Дональда Трампа ни один президент США не боролся с недружественными режимами в Западном полушарии столь радикальным способом.
Однако предположение, что дело может дойти до чего-то подобного, можно было сделать после того, как Белый дом серьезно поменял Стратегию национальной безопасности США. Она стала близка к доктрине Монро, провозглашающей доминирование США в Северной и Южной Америках. Это подразумевает восстановление там влияния Вашингтона при одновременном сокращении американского присутствия в Европе.
Тут стоить заметить, что администрация Трампа изменила и подходы к смене недружественных лидеров. Если еще совсем недавно мы наблюдали «цветные революции», которые были, как минимум, поддержаны США, или прямые военные интервенции, как в Ираке или Афганистане, то сейчас речь, скорее, идет о сделке.
Мадуро, очевидно, сдали свои. Ведь он был арестован, по сути, с минимумом стрельбы. Кроме того, Трамп после завершения военной операции особо отметил, что власть перешла к вице-президенту Делси Родригес, а лидера оппозиции Марию Кортес Мачадо он назвал милой, но слабой и непопулярной.
Конечно, в этом есть некое противоречие. Чиновники Белого дома, в том числе госсекретарь Марко Рубио, неоднократно подчеркивали, что Мадуро не является легитимным президентом, потому что якобы фальсифицировал выборы. С этим согласны и лидеры европейских стран. Однако если Эммануэль Макрон предложил поставить на пост главы Венесуэлы конкурента Мадуро на последних выборах 74-летнего дипломата Эдмундо Гонсалеса, то Белый дом сделал ставку на окружавших Мадуро чавистов.
То есть Трамп в очередной раз показал, что он про сделки, а не про ценности. И надо признать, что ставка на ценности как раз и не сработала. Ситуацию в Белоруссии ЕС представлял аналогичной венесуэльской, не называл Александра Лукашенко президентом и давал некий мандат его конкурентке Светлане Тихановской. И вот Лукашенко по-прежнему на своем месте, а где теперь Тихановская?
Конечно, многие отметили риторику американского лидера образца XIX века, когда мир переживал расцвет колониальных империй. Но вряд ли сам Трамп считает это обвинениями, а не похвалой. Он явно не видит ничего плохого в эпохе империй, как на политическом, так и на эстетическом уровнях. Отсюда и операция против Мадуро, и строительство бального зала в Белом доме.
Но если убрать весь этот идеологический налет, можно заметить различия в последствиях операций США в Ираке, Ливии и Афганистане, которые проводились с упором на ценности, и арестом Норьеги. В первом случае все закончилось десятилетиями головной боли. А вот в Панаме стало тихо, и ее лидеры теперь предпочитают с Вашингтоном не ссориться.
Трамп вполне мог договориться с Мадуро так же, как договорился с его окружением, тем более что сам бывший венесуэльский лидер и не сопротивлялся особо. Однако главный мотив хозяина Белого дома был в том, чтобы демонстративно наказать Мадуро, который относился к нему без уважения и не позволял себе лести.
Для Трампа, как мы видим, это категорически неприемлемо. Не зря ведь европейские лидеры, опасаясь, что США выйдут из НАТО и выведут свои войска из Европы, называли его «папочкой», ставя себя в унизительное положение. А вот тот же бразильский лидер Лула да Силва такого себе не позволял, и его отношения с Трампом ныне можно охарактеризовать как, мягко говоря, весьма посредственные.
Личностный фактор в мотивации Трампа оказался даже важнее венесуэльской нефти (хотя и она сыграла свою роль). Стоит заметить, что арест Мадуро открыл возможности для радикального решения вопросов с прочими неугодными Трампу лидерами. Многие уже пытаются представить на месте бывшего венесуэльского президента, скажем, Владимира Зеленского. Теперь для этого нет политических препятствий, прецедент в международном праве создан. И все сводится лишь к наличию воли и возможностей.
Так что действия США будут иметь последствия не только в Западном полушарии, где Трамп, кстати, уже взялся, так сказать, визировать итоги выборов. В частности, он одобрил итоги голосования народов Аргентины, Чили и Гондураса, то есть этим странам пока ничего не грозит. А вот Колумбии стоит готовиться к неприятностям, поскольку ее президента Густаво Петро Белый дом считает плохим.
Что касается Венесуэлы, то надо отбросить как пропаганду насчет фигуры Мадуро в западной левой прессе, так и заявления о том, что вся страна страдает, мечтая о приходе к власти оппозиции. В реальности Венесуэла расколота так же, как была расколота Украина времен последнего Майдана. Опора венесуэльского режима — силовики и сельская беднота, оппозиция же традиционно пользуется симпатиями городского населения. При этом Трамп прав в том, что оппоненты Мадуро слабы, раскиданы по миру и разрознены, поэтому ставка на них может привести к гражданской войне, которая была бы крайне невыгодна для США.
Так что, конечно, можно обвинять Трампа в империализме и следованию ценностям XIX века, но вовсе не его вина в том, что и в XXI веке к политическому успеху все еще приводят самые незамысловатые и прямолинейные действия.
